Я хочу сделать еще один украинский фильм
Андрей Дончик – известный человек в кинематографическом и телевизионном мире. Режиссер трех успешных кинофильмов (“Владимир Сосюра”, “Гибель богов”, “Кислородный голод”) и телефильмов (“Украденное счастье”, “Жажда экстрима”, “Актер”), последние двенадцать лет он посвятил телеканалу “Студия 1+1”.
На “плюсах” А. Дончик был не только режиссером-первопроходцем большинства телепрограмм, но и главным режиссером. И вот недавно Андрей решил покинуть телевидение. О том, чем это было предопределено, о проблемах украинского кино и последующих творческих планах – в интервью с Андреем Дончиком.
- Андрей, так почему ты все-таки решил пойти из канала “1+1”, которому посвятил столько лет?
- На телеканале работал из первой телепрограммы – “Телемании” с Юрием Макаровым и Николаем Вереснем. И делал там все, что только было можно: ток-шоу, политические и развлекательные проекты, музыкальные фильмы, концерты, мосты в прямом эфире. Это – тысячи часов вещания. Там прошла вся моя «Інтелектуальна власність«. Фактически на телевидении для меня не осталось ничего интересного, такого, что мне еще хотелось бы попробовать.
Мне всегда хотелось работать в кино или хотя бы в телевизионном кино, а телевидение всегда было его заменителем. А в те годы, когда кино в Украине не снимали, – еще и способом заработать деньги. И поскольку это было телевидение Александра Роднянского, которое мы начинали с нуля, то это было еще и интересно. Ставили серьезные задания, впервые делали много такого, чего не делал никто.
Сейчас на канал “1+1” пришли новые люди, которые не ставят перед собой амбициозных целей. У них нет желания что-то выдумывать, они намереваются заниматься форматным телевидением. То, что они делают, и их взгляды не совпадают со мной.
Кроме того, я устал от телевидения. Времени оно занимает много, фактически все, а большого интереса у меня не было. Последним толчком, который вынудил меня пойти из канала, стал конфликт на последнем проекте “Танцую для тебя”, который не хотел бы комментировать.
Я двенадцать лет работал на киностудии им. Довженко, двенадцать – на “Студии 1+1”, поэтому наступило время для изменений.
- “Студия 1+1” была одним из наилучших, а если говорить об украиноязычном, то и наилучшим украинским телеканалом, где всегда для зрителей создавали много авторских программ, документальных фильмов. Вместо этого сейчас его заполонили российские и американские телесериалы. Такой откат будет длиться и в дальнейшем, это такая политика телеканала?
- Вопрос относительно политики канала – не ко мне. Сейчас не вижу там никакой политики вообще. Не вижу желания что-то делать, создавать. Будучи лидером рейтинга, теперь канал скатился на пятое место и заработал впятеро меньше, сравнительно с “Интером”, соответственно и возможности что-то делать там в столько само раз меньше.
А относительно политики, то это не то, что политика, просто нет другого выхода. Собственный продукт на канале уничтожен почти полностью. Из “плюсов” пошли все ведущие, все “лица”: Анна Безулык, Анатолий Борсюк, Юрий Макаров, Людмила Добровольская, Олесь Терещенко, Вячеслав Пиховшек. Наша ТСН из новостей, которые вызывали уважение, превратилась на “Магнолия ТВ”. Там рассказывают только об авариях, катастрофах, собственно, новостями это назвать не могу. Собственных программ на канале практически нет. Выходят лишь новости и программа “Документ”. Канал “1+1”, который мы привыкли видеть, фактически исчез. Осталось только название, но, вероятно, изменят и ее.
- В последнее время мы наблюдали настоящий бум в украинском кинематографе. В Киеве все павильоны были заняты, к съемкам привлекли достаточно много актеров, режиссеров, всех, кто делает кино. Правда, мы скорее были придатком к российской киноиндустрии, потому что большинство фильмов у нас снимали именно россияне или для России. Почему так мало украинского кино, созданного на украинском материале и украинским языком?
- Присутствие большого соседа за территорией, количеством населения и за влиянием не может не играть своей роли. Российский рынок значительно больше. Если не ошибаюсь, то лишь в Казани кинотеатров больше, чем во всей Украине. Значительно более богатые и российские телеканалы, потому что рекламные бюджеты в них на порядок более высокие, и все это диктовало нам условия.
Если смета фильма составляет 350 тысяч долларов, то “прокачуючи” его только на украинских телеканалах, мы могли повернуть лишь половину этих денег. Да и зарегистрировать компанию или юридическое лицо без помощи сейчас практически невозможно. Чтобы повернуть все средства, нужно было его продавать еще и в РФ. А россияне диктовали условия, говорили, что они хотят видеть в кино своих актеров, свои ситуации, и мы вынуждены были принимать эти условия.
Нужно иметь такого, как Роднянский, который сказал: “Меня не интересует, где продадут фильм “Украдено счастье”, купит его Россия или нет. Я хочу сделать явление для украинского телевидения, хочу сделать фильм, который станет событием для украинского телевидения”. То, что ленту приобрело РТР, свидетельствовало о качестве самого продукта. Но это было большим риском для украинского инвестора, потому что его могли и не купить, ведь там были украинские актеры, украинская история, и он мог стать неуспешным коммерчески. О. Роднянского это не пугало, но таких-от продюсеров, к сожалению, мало.
- Государство может как-то утручатися в этот процесс, скажем, требовать увеличения собственного продукта у телеканалов?
- Государство не может требовать у частных телеканалов, чтобы они теряли деньги. Государство может говорить, что нужно больше украинского кино, но если не стимулирует кинематограф, если лишь навязывает идею, а телеканалам это невыгодно, то ничего из этого не будет. Если бы же государство сказало: снимете украинский фильм – мы вас освободим от налогов на ту сумму, которую вы потратите, или повернем 30% потраченных средств. Кино нужно стимулировать, поощрять, тогда оно будет.
Государство приняло участие в “Украденном счастье”. Правда, ее интересовал киновариант. Он вышел, но разве они его показали в прокате? Нет. Создали две или три копии и положили их в архив. Отметило ли государство как-то, что снят украинский сериал с украинскими актерами, который, к тому же, еще и успешно прошел в России? Я подавал документы на Шевченковскую премию, однако они не прошли даже на предыдущий конкурс, хотя в том году не подали ни одного фильма. А в Министерстве культуры меня еще и ужасно ругали, что я испортил классику.
Государство должно выискивать и находить. Есть Андрей Дончик, который снял украинское кино, казалось бы, мне должны были бы сказать: не хочешь снять еще? Это задание чиновников – находить для государства то, что она должна поддерживать. Не я должен бегать и что-то просить. Вместо этого мне говорят: но иди ты со своим кино.., и без тебя хватает проблем.
- Почему украинский бизнес так вяло вкладывает деньги в отечественный кинематограф?
- Потому что кино не является бизнесом. У нас нет прецедентов, когда бы кино, созданное в Украине, принесло прибыли. Наш кинематограф – это меценатство. А меценатов, которые были бы согласны вкладывать деньги в кино, даже если их и потерять, однако сделать себе какое-то имя, мало.
- Ты сказал, что развитию украинского кино препятствует отсутствие проката.
- Не то, что отсутствие. Количество кинотеатров и число посещений в настоящее время такие, что деньги, которые вкладывают в кино, не вернутся. Вот недавно был на премьере второй части “Залюдненого острова”, который в Киев привозил О. Роднянский. Этот фильм лидировал в украинском прокате, собрал 13 млн. 600 тыс. грн. или приблизительно 1,5 млн. долларов. Александру Роднянскому эта лента обошлась в 36 млн. долларов, а у нас, чтоб она стала прибыльна, ее можно было снять за миллион. Но разве можно сделать фантастический фильм за такие деньги? Однако Роднянский рассчитывает, что российский прокат даст ему в десять раз больше, он сделает еще международную версию фильма и вернет деньги, что их вложил в фильм.
- Может, наше государство неэффективно борется с пиратством, поскольку такая незначительная посещаемость кинотеатров? Ведь тот же “Залюднений остров” еще к премьере можно посмотреть в интернете…
- Да, это тоже отбирает зрителя и забирает какую-то часть прибыли. Но у нас люди все-таки нечасто ходят в кино. Говорят, во время кризиса люди больше посещают кинотеатры, и им больше нужны позитивные эмоции, истории о любви.
Кино – это не обязательно блокбастеры. Возможно, сейчас у нас разовьется авторское кино, артхаузне кино, которое недорого стоит, имеет своего зрителя, ездит по фестивалям, заполняет свою нишу и дает представление о государстве, что в ней есть какой-то кинематограф. Кино развивается в государствах, где много население, – США, Индия, Россия. Конечно, есть и большой французский кинематограф, но там серьезная государственная поддержка. Наше государство тоже может дать около 30% средств, нужных на производство. И это нормальная мировая практика.
- В Украине достаточно хороших писателей, а вот фильмов за их произведениями сняты единицы. Ты также снимал “Украденное счастье” – успешный и интересный фильм за произведением классика Ивана Франка. Современные писатели менее интересны для кинематографа?
- Почему? За произведениями Ирен Роздобудько сняли три телевизионных фильма. В свое время встречался с детективистом Волковым, который пишет очень интересные детективы. Но они немного задороги для экранизации. Для телевизионного кино наилучше подходит экранизация пьесы. Да и в целом кино ищет то, которое может дать зрителя. А сколько у нас сейчас писатели зарабатывают книжкой? Они живут из того, что издают книги, которые покупают? Ты много таких знаешь?
- Практически нет.
- Андрухович разве что, но он живет в Германии, за счет грантов, потому может не работать. А фактически все писатели, кроме того, что пишут, должны еще где-то работать.
Телевидение и кино ищут истории, которые можно продать. А современная литература по большей части некинематографическая. Она больше авторская, очень личная, в ней не всегда выстроен сюжет так, чтобы читателя интересовало: а что будет дальше. Чтобы книгу покупали, она должна иметь свою драматургию. Мне кажется, в этом также причина, что у нас нет своих бестселлеров.
- По твоему мнению, в Украине достаточно хороших актеров для того, чтоб создавать много собственных фильмов?
- Хорошего всегда мало. На роль Михаила в “Украденном счастье” долго искал украинского актера, но так и не нашел. Толи Пашинин, хоть и украинец, и украинского происхождения, и украинской говорил прилично, все-таки живое и работает в России.
Недавно мне звонили по телефону и просили назвать топ-десять молодых актрис, то я ответил, что это чрезвычайно много, что могу назвать в целом десять, не обязательно топ. Актеры у нас есть, но их мало. В “обойме” вертится актеров двадцать, а должен быть пятьсот.
- Отразится ли нынешний экономический кризис на кинематографе?
- Она уже отразилась. Много украинских продакшн-студий потеряли российские заказы и остановились. Некоторые из них в критическом состоянии, поскольку вложили деньги в какие-то проекты, а теперь их никто не покупает. Если еще недавно канал ОРТ покупал телефильм за 400 тысяч долларов, НТВ – за 250 тысяч, то сейчас стоимость вдвое меньше. И эти средства не покрывают расходов.
Но кризис всегда имеет два конца. С одной стороны, это кризис, а из другого – шанс. И ее можно использовать в качестве шанс для украинского кино, потому что сейчас затраты на фильм значительно снизились. Знаю, что кто-то, кажется, Оксана Байрак, снял фильм за 150 тысяч, то есть вдвое более дешево, чем он стоил бы до кризиса. Такие суммы уже могут найти украинские каналы. Например, на “Студии 1+1” запустили сериал “онли лав”, который снимают украинским языком и только для украинского рынка.
- Какие у тебя творческие планы?
- В первую очередь прочитаю три сценария, которые мне дали. Сейчас появилось время для того, чтобы поискать себе материал для фильма, для телевизионного фильма. С финансированием кинематографа на этот год в государстве плохо, но можно подыскать телеканал. Намереваюсь предложить Александру Богуцкому профинансировать часть фильма, часть профинансирует государство, и они получат украинский продукт.
- То есть ты хочешь заниматься кино?
- Кино, телевизионным кино. Телевидение не откидаю, но для меня это уже не будет основной работой. Это будет способом заработать деньги, потому что несколько предложений, в частности от телевидения, есть. Хочу сделать еще один украинский фильм.
Читайте дальше:
Оставить комментарий
Вы должны войти для того, чтобы оставить комментарий
